The post has been translated automatically. Original language: Russian
The figures for last year look convincing. Exports of IT services exceeded $1.1 billion, and Astana Hub residents became the key driver with $633 million. Services were supplied to 111 countries, which is 25 more than a year earlier, while more than 32,000 jobs were created. The first technological unicorn appeared — Higgsfield.ai and the volume of attracted investments exceeded $ 910 million. The target for 2030 is 5 billion dollars of exports.
The industry has moved from the "support" stage to the stage of normal business. Then the fun begins.
The structure of exports is more important than its volume
The main part of the revenue is generated not by products, but by development services. In the export structure of Astana Hub residents, service companies are consistently ahead of product companies: the development of IT solutions brings many times more than SaaS, games and proprietary products combined. This is a classic catch-up market model: we sell engineers' time for less than it costs in Europe and the USA.
The model is working, but its economy is based on the difference in the cost per person-hour. And the cost of an hour is exactly the variable that global pressure is currently on.
What has changed in the global market over the past six months
Gartner predicts that by the end of 2026, about 40% of enterprise applications will contain specialized AI agents, up from less than 5% a year earlier. This is not a cosmetic update of the software, but a change in the way it is built.
But there is another figure nearby, which is quoted less frequently. S&P Global and McKinsey estimate that by mid-2026, only about 31% of companies actually have at least one agent in production, while Gartner expects more than 40% of agent projects to be closed by 2027; according to IBM, only a quarter of AI initiatives have delivered expected returns. The gap between "implemented" and "working" is explained simply: it is difficult to integrate an agent into real processes, data, and responsibility structure.
This leads to a practical conclusion for service companies. Demand is shifting from writing code — the customer is increasingly closing this part himself — to integration, domain expertise, quality assessment and responsibility for the result. It becomes more difficult to sell hands, and it becomes more profitable to sell understanding of the customer's industry.
The labor market is diverging at the edges
The deficit has shifted towards Middle and Senior in AI/ML, cybersecurity, DevOps and mobile development, while there are enough junior specialists on the market. The reason is clear: entry—level tasks - standard forms, tests, simple CRUD — were the first to go to the tools.
It breaks the usual career ladder. Previously, junior grew up in the middle by doing a routine. Now there is less routine, and the entry requirements are higher, and market entry becomes the bottleneck of the entire industry, rather than the problem of an individual graduate. In three or four years, this will result in a shortage of senior specialists, who simply will have no one to raise.
The second factor is competition for the same people from the outside market. Working for foreign companies generates income one and a half to two times higher than the local one. A local employer does not compete with a neighboring company, but with a global employer.
The infrastructure layer and the issue of sovereignty
2026 has been declared the year of digitalization and AI: the Presidential Council for the Development of AI has been established, and an international center has been opened Alem.ai , the Valley of Data Centers project is being implemented. This is a bet that computing power will become the same infrastructural asset as energy or transport once were. Baq
The bid is reasonable, but it has a condition. A data center by itself does not create technology — it creates the opportunity to create it. The difference between a country that rents other people's models and a country that trains its own is determined not by servers, but by the availability of data, tasks, and people. For languages with a limited digital footprint, including Kazakh, this is not a question of prestige, but of the working capacity of the instruments in five years.
Where does this lead
The next two to three years are likely to show stratification: some service companies will move into niche expertise with high margins, some will be displaced by price pressure, and product teams will gain an advantage because the cost of launching a product has fallen more than the cost of selling it.
The winning position has shifted from "we know how to do" to "we understand what needs to be done." The former is rapidly becoming cheaper. The second is no.
And what do you observe in your market area: are customers already demanding responsibility for the result instead of hours, or is everything still the same?
Цифры за прошлый год выглядят убедительно. Экспорт IT-услуг превысил 1,1 млрд долларов, и ключевым драйвером стали резиденты Astana Hub с 633 млн. Услуги поставлялись в 111 стран — на 25 больше, чем годом ранее, при этом создано более 32 тысяч рабочих мест. Появился первый технологический единорог — Higgsfield.ai, а объём привлечённых инвестиций перевалил за 910 млн долларов. Ориентир на 2030 год — 5 млрд долларов экспорта.
Отрасль перешла из стадии «поддержки» в стадию нормального бизнеса. Дальше начинается интересное.
Структура экспорта важнее его объёма
Основную часть выручки дают не продукты, а услуги разработки. В структуре экспорта резидентов Astana Hub сервисные компании стабильно опережают продуктовые: разработка IT-решений приносит кратно больше, чем SaaS, игры и собственные продукты вместе взятые. Это классическая модель догоняющего рынка: мы продаём время инженеров дешевле, чем оно стоит в Европе и США.
Модель рабочая, но её экономика держится на разнице в стоимости человеко-часа. А стоимость часа — ровно та переменная, по которой сейчас идёт глобальное давление.
Что изменилось на мировом рынке за последние шесть месяцев
Gartner прогнозирует, что к концу 2026 года около 40% корпоративных приложений будут содержать специализированных ИИ-агентов — против менее 5% годом ранее. Это не косметическое обновление софта, а смена способа его сборки.
Но рядом стоит другая цифра, которую цитируют реже. По оценкам S&P Global и McKinsey, к середине 2026 года лишь около 31% компаний реально держат хотя бы одного агента в продакшене, а Gartner ожидает, что более 40% агентных проектов будут закрыты до 2027 года; по данным IBM, ожидаемую отдачу принесли лишь четверть ИИ-инициатив. Разрыв между «внедрили» и «работает» объясняется просто: агента трудно встроить в реальные процессы, данные и структуру ответственности.
Отсюда следует практический вывод для сервисных компаний. Спрос смещается с написания кода — эту часть заказчик всё чаще закрывает сам — на интеграцию, доменную экспертизу, оценку качества и ответственность за результат. Продавать руки становится сложнее, продавать понимание отрасли заказчика — прибыльнее.
Рынок труда расходится по краям
Дефицит сместился в сторону Middle и Senior в AI/ML, кибербезопасности, DevOps и мобильной разработке, тогда как junior-специалистов на рынке достаточно. Причина понятна: задачи начального уровня — типовые формы, тесты, простой CRUD — первыми ушли к инструментам.
Это ломает привычную карьерную лестницу. Раньше junior вырастал в middle, выполняя рутину. Теперь рутины меньше, а требования к входу выше — и вход на рынок становится узким местом всей отрасли, а не проблемой отдельного выпускника. Через три-четыре года это отзовётся дефицитом senior-специалистов, которых просто некому будет вырастить.
Второй фактор — конкуренция за тех же людей с внешним рынком. Работа на зарубежные компании даёт доход в полтора-два раза выше местного. Локальный работодатель конкурирует не с соседней компанией, а с глобальным нанимателем.
Инфраструктурный слой и вопрос суверенности
2026-й объявлен годом цифровизации и ИИ: создан Совет по развитию ИИ при Президенте, открыт международный центр Alem.ai, реализуется проект «Долина ЦОДов». Это ставка на то, что вычислительные мощности станут таким же инфраструктурным активом, как когда-то энергетика или транспорт. Baq
Ставка разумная, но у неё есть условие. Дата-центр сам по себе не создаёт технологию — он создаёт возможность её создавать. Разница между страной, которая арендует чужие модели, и страной, которая обучает свои, определяется не серверами, а наличием данных, задач и людей. Для языков с ограниченным цифровым следом, включая казахский, это вопрос не престижа, а работоспособности инструментов через пять лет.
Куда это ведёт
Ближайшие два-три года, вероятно, покажут расслоение: часть сервисных компаний уйдёт в нишевую экспертизу с высокой маржой, часть будет вытеснена ценовым давлением, а продуктовые команды получат преимущество, потому что стоимость запуска продукта упала сильнее, чем стоимость его продажи.
Выигрышная позиция сместилась от «умеем делать» к «понимаем, что нужно делать». Первое стремительно дешевеет. Второе — нет.
А что вы наблюдаете на своём участке рынка: заказчики уже требуют ответственности за результат вместо часов, или пока всё по-старому?
Share
