The post has been translated automatically. Original language: Russian
On September 7, Kazakhstan turned into law what the West had been announcing in press releases for eight years and never actually did. A country usually seen as catching up found itself ahead for the first time — and almost nobody noticed.
The illusion of change: how the West buried the diploma on paper
For the last eight years global HR has repeated the same mantra: the diploma is dead, we hire for skills. Google, Apple, IBM, Walmart, Accenture — all announced they were dropping degree requirements. Conferences opened with a "degrees are dying" slide. The industry believed it.
Then researchers checked the payrolls. Harvard Business School together with the Burning Glass Institute analysed 11,300 roles at large companies before and after the degree requirement was removed. The result: the share of hires without a degree grew by 3.5 percentage points on average, and in absolute numbers the promised revolution affected about 97,000 people out of 77 million hires a year — fewer than one hire in seven hundred. Almost half of the companies dropped the requirement, as the authors put it, only in words: the wording of the job posting changed, the behaviour of the hiring manager did not.
That is the price of a declaration. Eight years of loud statements, dozens of top-100 corporations, and the outcome is a statistical error.
The reason for the failure is mundane, and it is not employer hypocrisy. Having removed the diploma from the posting, the company was left with nothing. The diploma was a bad but working filter: a clear line issued by a clear institution and verifiable with one phone call. Nothing replaced it. A candidate says "I can do it" — and what backs that up? Their word. A CV cannot be verified, a portfolio can be bought, a course can be left unfinished. And the recruiter, left without support, quietly brought the diploma back — not into the job posting, but into their own head, where no researcher can look.
The West scrapped the old tool without building a new one. That is not a reform. It is a renovation stopped at the demolition stage.
What happened in Kazakhstan on September 7
While this show was going on, Kazakhstan was quietly doing the boring work: building verifiability.
First came the framework. The Law "On Professional Qualifications" created the National Qualifications System: accredited recognition centres, a register of professions and an examination procedure. It also includes two things few countries have achieved: recognition of non-formal and informal learning — skills gained independently or directly in the workplace — and one-off vouchers that allow a registered unemployed person to go through recognition free of charge, funded by the state budget.
Then came the technology. In August the accreditation procedure for recognition centres was digitised.
And on September 7, 2026 the main mechanism was switched on. Law No. 334-VIII of July 7, 2026 amended the Labour Code with changes that took effect on exactly that day. Article 32 received a new subparagraph: where professional standards or qualification requirements do not set a mandatory level of education for a position, a document recognising a professional qualification serves as proof. For the first time the Code defines "special knowledge" — theoretical and practical knowledge in a professional field acquired through training, retraining or practical experience. Article 116 was supplemented with the concept of "vocational training".
Let me translate from legal to human. Before September 7 a citizen of Kazakhstan had exactly one state-recognised way to prove to an employer that they could do the job — a diploma. Since September 7 there are two. And the second is no worse than the first: it is not a certificate of attendance, but a document issued by an accredited centre after an exam, with legal force written into the Code.
That is the end of the diploma monopoly — not as a conference slogan, but as a directly applicable norm.
Next — the international dimension
The story does not end there, and the next chapter is being written right now. On September 7 the Ministry of Labour published draft Rules for the recognition of international certificates. The logic: an authorised body keeps, on a digital platform, a list of international certification organisations and a register of recognised certificates; the holder applies through the platform, attaching a copy, verification data and a translation; the organisation's presence on the list, the document's authenticity and its compliance with professional standards are checked; the deadline is up to fifteen working days. Public discussion of the draft ended on September 21, and the order is awaiting approval.
If the rules are adopted in this form, a Kazakhstani with an international certificate — Microsoft, Cisco, Adobe or any other on the list — will no longer have to explain to HR what that piece of paper is. The state will confirm it for them. And the employer will get the one thing the West lacked: the ability to verify a skill without relying on someone's word.
I will say it plainly: at this particular point Kazakhstan has done better than the US and the EU. They started by removing the old filter and got stuck. Here they started by building a new one — a register, centres, exams, a digital platform, vouchers for the unemployed — and only then wrote the norm into the Labour Code. The order of steps turned out to be right. It is unusual to admit, but we have to.
The objection I hear all the time
People tell me the norm is dead because it only works where the professional standard does not require a level of education — and it requires one almost everywhere.
The objection is fair and hits a real spot. Nobody will hire a surgeon on a certificate instead of a diploma, and nobody should. But look at where professional standards are silent about education: where the profession is young and changes faster than standards are written. Development, design, data, cybersecurity, digital marketing, service, logistics. These are exactly the sectors the country is pushing its workforce into, and where a twenty-year-old diploma is useless by definition. The norm is not dead — it is targeted and hits exactly where it hurts.
The second objection is more dangerous: the mechanism exists, but there is no demand for it. That is true. Today most HR directors in Kazakhstan could not explain how a qualification recognition document differs from a course certificate. The infrastructure was built faster than understanding grew, and this is where the reform could quietly die — not from a bad law, but because HR departments do not know about it. The Western failure came from the lack of a tool. The Kazakh one, if it happens, will come from the lack of a habit.
Who must move first
Employers — rewrite job requirements. It is time to replace the line "relevant higher education" with a list of verifiable skills and acceptable proofs. Every such vacancy instantly widens the available talent pool — and in IT, where dozens of CVs arrive for one position, the winner is not the one who filters harder but the one who filters more precisely.
Candidates — turn experience into a document. The norm on recognising non-formal and informal learning was written literally for the person who learned on the job and has no paper to show for it. Self-taught people, practitioners, specialists without a relevant degree — everyone now has a legal way to confirm their qualification, and for the unemployed it is free, through a voucher and a career centre.
Education — become the entry point to the system, not its competitor. A training programme that does not end with a recognised document now sells only half a product. There is a ready example: the IT STEP network has signed memoranda with the SÄTTI professional qualification recognition centre and is building Certiport international certification directly into its programmes — so students graduate not just with a certificate of completion, but with proof of qualification that both HR and the state platform can read.
The state — teach the market to use what has been built. As long as the register and the platform are known only to a narrow circle, even the most correct norm stays idle. Explaining it to employers now matters more than the next regulation.
A rare case when we are ahead
We are used to writing about Kazakhstan in the genre of lagging behind: catching up, importing, not keeping pace. Here it is the other way round, and it is worth saying out loud. The world spent eight years burying the diploma in press releases and got one hire in seven hundred. Kazakhstan buried nothing — it simply built a second entrance into the profession and opened it on September 7.
The door works. Now people just need to start walking through it.
Anton Devyatyarov, Director of Development, IT STEP
7 сентября Казахстан сделал законом то, что Запад восемь лет объявлял пресс-релизами и так и не сделал. Страна, которую принято считать догоняющей, впервые оказалась впереди — и почти никто этого не заметил.
Иллюзия перемен: как Запад похоронил диплом на бумаге
Последние восемь лет в мировом HR звучит одна и та же мантра: диплом мёртв, нанимаем по навыкам. Google, Apple, IBM, Walmart, Accenture — все объявили об отмене требования к высшему образованию. Конференции открывались слайдом «degrees are dying». Отрасль поверила.
Потом исследователи проверили платёжные ведомости. Гарвардская школа бизнеса вместе с Burning Glass Institute разобрала 11 300 позиций в крупных компаниях до и после отмены дипломного требования. Результат: доля нанятых без степени выросла в среднем на 3,5 процентных пункта, а в абсолютных числах обещанная революция коснулась примерно 97 тысяч человек из 77 миллионов наймов за год — меньше одного найма из семисот. Почти половина компаний отменила требование, как выразились авторы, только на словах: формулировка в вакансии поменялась, поведение нанимающего менеджера — нет.
Вот вам цена декларации. Восемь лет громких заявлений, десятки корпораций из первой сотни, и на выходе — статистическая погрешность.
Причина провала прозаична, и она не в лицемерии работодателей. Убрав диплом из вакансии, компания осталась ни с чем. Диплом был плохим, но работающим фильтром: понятная строчка, выданная понятным институтом, проверяемая одним звонком. Взамен не предложили ничего. Кандидат говорит «я умею» — а чем это подтверждается? Своим словом. Резюме нельзя проверить, портфолио можно купить, курс можно не заканчивать. И рекрутёр, оставшись без опоры, молча вернул диплом обратно — уже не в текст вакансии, а себе в голову, куда исследователю не заглянуть.
Запад отменил старый инструмент, не построив новый. Это не реформа. Это ремонт, остановленный на этапе сноса.
Что произошло в Казахстане 7 сентября
Пока шёл этот спектакль, Казахстан молча занимался скучным: строил проверяемость.
Сначала — рамка. Закон «О профессиональных квалификациях» создал Национальную систему квалификаций: аккредитованные центры признания, реестр профессий, процедуру экзамена. В нём же заложены две вещи, до которых мало кто дошёл в мире: признание неформального и информального образования — то есть навыков, полученных самостоятельно или прямо на рабочем месте, — и единоразовые ваучеры, по которым зарегистрированный безработный проходит процедуру признания бесплатно, за счёт бюджета.
Потом — техника. В августе процедуру аккредитации центров признания перевели в цифру.
А 7 сентября 2026 года включился главный механизм. Законом от 7 июля 2026 года № 334-VIII в Трудовой кодекс внесены поправки, вступившие в силу именно в этот день. Статья 32 получила новый подпункт: когда профессиональные стандарты или квалификационные требования не устанавливают обязательного уровня образования для должности, подтверждением служит документ о признании профессиональной квалификации. В кодексе впервые закреплено понятие «специальные знания» — теоретические и практические знания в профессиональной сфере, полученные через обучение, подготовку, переподготовку либо практический опыт. Статья 116 дополнена понятием «профессиональное обучение».
Переведу с юридического на человеческий. До 7 сентября у гражданина Казахстана был ровно один государственно признанный способ доказать работодателю, что он умеет работать, — диплом. С 7 сентября их два. И второй не хуже первого: это не справка о прослушанном курсе, а документ, выданный аккредитованным центром по итогам экзамена, с юридической силой, прописанной в кодексе.
Это и есть конец монополии диплома — не как лозунг на конференции, а как норма прямого действия.
Дальше — международный контур
История на этом не заканчивается, и следующая глава пишется прямо сейчас. 7 сентября Минтруда опубликовал проект Правил признания международных сертификатов. Логика такая: уполномоченный орган ведёт на цифровой платформе перечень международных сертификационных организаций и реестр признанных сертификатов; обладатель подаёт заявление через платформу, прикладывает копию, данные для проверки подлинности и перевод; проверяются наличие организации в перечне, подлинность документа и соответствие содержания профстандартам; срок — до пятнадцати рабочих дней. Публичное обсуждение проекта завершилось 21 сентября, приказ ожидает утверждения.
Если правила примут в этой редакции, казахстанец с международным сертификатом — Microsoft, Cisco, Adobe, любым из перечня — перестанет объяснять кадровику, что это за бумага. Государство подтвердит её вместо него. А работодатель получит то единственное, чего не хватило Западу: возможность проверить навык, не полагаясь на честное слово.
Скажу прямо, без дипломатии: в этой конкретной точке Казахстан сделал сильнее, чем Штаты и Евросоюз. Там начали с отмены старого фильтра и застряли. Здесь начали с постройки нового — реестр, центры, экзамен, цифровая платформа, ваучеры для безработных — и только потом вписали норму в Трудовой кодекс. Порядок действий оказался правильным. Признавать это непривычно, но придётся.
Возражение, которое я слышу постоянно
Мне говорят: норма мёртвая, потому что работает только там, где профстандарт не требует уровня образования, — а требует он почти везде.
Возражение честное, и оно бьёт в реальное место. Никто не будет нанимать хирурга по сертификату вместо диплома, и не должен. Но посмотрите, где именно профстандарты молчат об образовании: там, где профессия молодая и меняется быстрее, чем пишутся стандарты. Разработка, дизайн, данные, кибербезопасность, digital-маркетинг, сервис, логистика. Это и есть те отрасли, куда страна гонит рабочую силу и где диплом двадцатилетней давности бесполезен по определению. Норма не мёртвая — она точечная и попадает ровно туда, где болит.
Второе возражение опаснее: механизм есть, а спроса на него нет. Это правда. Сегодня большинство казахстанских HR-директоров не смогут объяснить, чем документ о признании квалификации отличается от сертификата с курсов. Инфраструктура построена быстрее, чем выросло понимание, и именно здесь реформа может тихо умереть — не от плохого закона, а от того, что в отделе кадров про него не знают. Западный провал случился из-за отсутствия инструмента. Казахстанский, если случится, будет из-за отсутствия привычки.
Кто обязан двинуться первым
Работодатель — переписать требования к вакансии. Строчку «высшее образование по профилю» пора заменять на перечень проверяемых навыков и допустимых подтверждений. Каждая такая вакансия мгновенно расширяет доступный пул кандидатов — а в IT-секторе, где на одно место приходят десятки резюме, выигрывает не тот, кто фильтрует жёстче, а тот, кто фильтрует точнее.
Кандидат — превратить опыт в документ. Норма о признании неформального и информального образования написана буквально для человека, который научился на работе и не имеет бумаги. Самоучка, практик, специалист без профильного диплома — теперь у каждого есть легальный путь подтвердить квалификацию, а для безработного он бесплатный, через ваучер и карьерный центр.
Образование — стать точкой входа в систему, а не её конкурентом. Программа обучения, которая не заканчивается признаваемым документом, отныне продаёт половину продукта. Здесь показателен готовый пример: сеть IT STEP заключила меморандумы с центром признания профессиональных квалификаций «СӘТТІ», а международную сертификацию Certiport заводит прямо в учебные программы — студент выходит не с одной корочкой об окончании, а с подтверждением квалификации, которое читают и кадровик, и государственная платформа.
Государство — научить рынок пользоваться тем, что построено. Пока реестр и платформа остаются известны узкому кругу, любая самая правильная норма лежит без движения. Разъяснение работодателям сейчас важнее, чем следующий нормативный акт.
Редкий случай, когда мы впереди
Мы привыкли писать о Казахстане в жанре отставания: догоняем, импортируем, не успеваем. Здесь ситуация обратная, и об этом стоит говорить вслух. Мир восемь лет хоронил диплом в пресс-релизах и получил один наём из семисот. Казахстан не хоронил ничего — он просто построил второй вход в профессию и открыл его 7 сентября.
Дверь работает. Осталось, чтобы в неё начали заходить.
Антон Девятьяров, директор по развитию IT STEP
Share
