The post has been translated automatically. Original language: Russian
While the usual ideas about rich people's hobbies are associated with golf and sailing regattas, the leaders of the largest corporations are massively leaving for exhausting, traumatic disciplines.
Here's what it looks like in concrete examples:
- Brazilian Jiu-jitsu (BJJ) and MMA. Mark Zuckerberg doesn't just train, but openly performs at BJJ tournaments (where he won gold and silver medals in his category) and tore his cruciate ligaments during sparring sessions. Because of his passion for martial arts, Meta even officially added the CEO's extreme hobbies to the list of financial risks for investors.
- Ultramarathons and Ironman. Jim Ratcliffe, the founder of the petrochemical giant Ineos (worth $15 billion), runs a 250-kilometer ultramarathon through the Sahara Desert and runs the full Ironman distances at the age of 60.
- Kitesurfing in a storm. Richard Branson (Virgin) regularly goes kitesurfing in extreme weather and crosses the English Channel on a kite.
Why are they doing this?
- The only thing that money can't buy. At the Ironman distance or on the tatami, the status, money and capitalization of the company are zero. You can't hire someone who will run 42 km for you or get out of a choke hold. This is an honest arena, a test of one's "I".
- Total reboot of RAM. Top managers live in continuous mental stress. Intense physical pain and extreme fatigue are the only way to make the brain stop thinking about board decisions and risks.
- A tangible result. In business, the effect of decisions is blurred over time. In martial arts and cyclical sports, the result is binary and immediately clear: withstood or gave up, finished or got off.
For the business elite, "hellish" sports are not about health. This is a psychohygienic tool available to them, a test of strength and a way to feel real life beyond corporate reports.
Пока привычные представления о хобби богатых людей ассоциируются с гольфом и парусными регатами, лидеры крупнейших корпораций массово уходят в изнуряющие, травмоопасные дисциплины.
Вот как это выглядит на конкретных примерах:
- Бразильское джиу-джитсу (BJJ) и ММА. Марк Цукерберг не просто тренируется, а открыто выступает на турнирах по BJJ (где выигрывал золотые и серебряные медали в своей категории) и рвал крестообразные связки на спаррингах. Из-за его увлечения единоборствами Meta даже официально внесла экстремальные хобби CEO в список финансовых рисков для инвесторов.
- Ультрамарафоны и Ironman. Основатель нефтехимического гиганта Ineos Джим Ратклифф (состояние 15 млрд долл. США) в возрасте за 60 лет бегает 250-километровый ультрамарафон через пустыню Сахара и проходит полные дистанции Ironman.
- Кайтсерфинг в шторм. Ричард Брэнсон (Virgin) регулярно выезжает на кайтсерфинг в экстремальную погоду и пересекает Ла-Манш на кайте.
Почему они это делают?
- Единственное, что нельзя купить за деньги. На дистанции Ironman или на татами статус, деньги и капитализация компании равны нулю. Нельзя нанять человека, который пробежит за тебя 42 км или выйдет из удушающего приема. Это честная арена проверка собственного «я».
- Тотальная перезагрузка оперативной памяти. Топ-менеджеры живут в непрерывном ментальном стрессе. Интенсивная физическая боль и предельная усталость, единственный способ заставить мозг перестать думать о решениях совета директоров и рисках.
- Осязаемый результат. В бизнесе эффект от решений размыт во времени. В единоборствах и циклических видах спорта результат бинарен и понятен сразу: выдержал или сдался, финишировал или сошел.
Для бизнес-элиты «адский» спорт - это не про здоровье. Это доступный им инструмент психогигиены, проверка на прочность и способ почувствовать реальную жизнь за пределами корпоративных отчетов.
Share
